Митрополит Олександр (Драбинко) (ol_drabinko) wrote,
Митрополит Олександр (Драбинко)
ol_drabinko

Зачем Смерти коса? (по мотивам подслушанной притчи)




Жил человек по имени Василий.
Известным был в округе кузнецом.
В работе много прилагал усилий,
И дома он хорошим был отцом.

Тот день казался всем обычным:
Работал в кузне в поте он чела,
Горели угли, молоток стучал ритмично.
Трудился – позавидует пчела!

Открылась дверь, раздался сиплый голос.
Василий дернулся: - Могли бы постучать?!
Он обернулся - и тут каждый волос,
На теле вздыбился. В коленях стал дрожать.

Слова, чтобы ругать, в горле застряли,
Так глубоко, как застревает кость…
Зашла к нему, Которую не ждали…
Ей имя Смерть, – самый незваный гость.

Василий вытер руки, тяжкие как глыбы,
И спрашивает: - Ну что? Все? Конец?
- Вы косу мне поправить не могли бы?
Услышал женский голос наш кузнец.

Пожаловалась Смерть: - коса ступилась.
– Логично!.. мастер наш промямлил ей.
– Твоя бы помощь мне бы пригодилась,
Вот проходила мимо мастерской твоей.

– Что ж делать мне теперь, спросил Василий?
– Ты выправь косу, повторяет Смерть.
Тебе ж не стоит то больших усилий?
И протянула ему в руки древка жердь.

Василий взял. Окинул ее взглядом.
Щербин здесь много, лезвие волной,
Это понятно, – говорит он, Той, что рядом:
– А мне что делать? Будет что со мной?


Молиться ли? Иль собирать мне вещи?
Поймите! Так со мною в первый раз!..
– Ах, вы об этом! Вовсе не зловеще,
Беззвучно засмеялась Смерть, прищурив глаз.

- Так я не умер? Вдруг спросил кузнец, опешив.
- То вам видней, по самочувствию, – ответ.
Кузнец ощупался, логически все взвесил.
Кажись живой, не тОт еще тут свет.

– Ну если не больны – не беспокойтесь.
Шутя, опять сказала Смерть ему.
– Вы лучше за работу принимайтесь,
Таланту дайте волю своему.

Взяв кОсу, – руки онемели.
Василий осмотрел: работы пол часа.
– Зачем же вы стоите, вы б присели.
Пошла под молоток Старушкина коса.

Кивнула Смерть, и села на скамейку,
Спиной своей оперлась на стенУ.
Заканчивал кузнец работу бойко,
И захотелось вдруг вопрос задать ему.

***


По лезвию косы провел рукою,
Точило взял, шурнул им пару раз.
Взглянул на свою Гостью и с тоскою,
Решил он все ж сказать ей пару фраз.

- Простите за вопрос задАнный мною,
Но вот никак не верится все ж мне,
Что тот предмет, что я держу рукою,
Угробил столько жизней на Земле?!

Оружия у нас есть много в мире!
Но что сравниться с этою косой?
Воистину невероятна её сила…
Смерть топнула босой ногой…

- Что ты сказал? – Василия спросила.
Ответ: - супероружие держу.
Смерть птицей со скамейки взмыла,
Пред кузнецом стала лицом к лицу.


Края ее накидки задрожали.
Подергивался нервно капюшон.
И руки, крепко косу что сжимали,
Вдруг затряслись. Кузнец ошеломлен.

– Как думаешь, скольких людей убила?
Спросила Смерть, сквозь зубы прошипев.
– Не знаю я, скольких взяла могила.
Василий дал ответ, оторопев.

– Нет, отвечай, - схватив за подбородок,
И потрясая им, спросила Смерть.
Василий, став совсем уж кроток,
Сказал: - не знаю, скольких поглотила твердь.

- Так скОльких?! - Смерть в лицо ему кричала.
Кузнец: - Откуда же мне знать?
Все говорят, что Смерть пришла, забрала…
Поверь, не буду же теперь тебе я врать…

… Смерть стихла. Отпустила подбородок.
Минуту постояла, руки опустил.
Василий наш дрожит, хотя и не был робок,
Потупил в землю взгляд, окаменев застыл.

Смерть, тяжело вздохнув, вновь на скамейку села.
- Убийствам, значит, ты моим не знаешь счет?
Я не убийца!! – грустно прохрипела.
И вышел в диалоге необычный поворот.

- Так вот, теперь послушай, - Смерть сказала.
И заруби Василий на носу,
Меня ваша молва оклеветала.
Меня, - и эту ржавую косУ.

Людей я никогда не убивала!
Зачем мне это делать? – Не пойму…
Вы сами изверги – не я ведь воевала!
Не я изобрела – а вы войну.

Вам убивать – одно лишь наслажденье!
За деньги, за бумаги, просто так…
В крови у вас убийства вожделенье.
В «понятиях» – кто не убьет – чудак!

Вам это нравится. В вас жажда крови.
У вас зависимость – кого б убить!
И Смерть нахмурила от чувства боли брови!
Заплакала… не стала говорить…

- Но знаешь, что во всем этом противно?
Себе признаться, что вам нравится убить!
И как бы не казалось это дивно,
Меня вам проще в этом обвинить!

Тебе неведомо, кем я была сначала!
Красивой девушкой, чтоб Вечности служить!
Встречала души и с цветами провожала,
В места в Раю, где суждено им быть.

Я улыбалась всем и помогала,
Забыть о горестях ушедших навсегда.
И глянь теперь, вот что со мною стало?
Меня состарили отнюдь ведь не года…

При этом вскрикнула, вскочила со скамейки,
Откинула нависший капюшон,
И видом, что предстал, «Злодейки»,
Был наш кузнец Василий оглушен.

Перед глаза Василия предстало,
Изрытое морщинами лицо,
Он в жизни повидал своей немало…
Страх крепко сжал сердце его в кольцо.

Глубокая старуха пред ним стала.
Седых волос запутанных комки,
Небрежно, беспорядочно свисали,
Еле закрывши прядями виски.

Губ уголки до низу опустились,
Обветренные, в трещинах сухих,
И зубы под губою обнажились,
Осколками, на челюстях кривых.

И страшные зенИцы за зияли,
А в них потухшие, бесцветные глаза.
Глаза, что ничего не выражали...
Из пустоты лишь вытекла слеза.


- Ты посмотри, в кого я превратилась?
Уставившись, спросила кузнеца.
- А знаешь, почему все так случилось?..
На кузнеце от страха нет лица.

- Нет, - сжавшись, он мотнул главою.
- Конечно! Да откуда ж тебе знать!
-Так говорю: - вы сделали меня такою,
Вашей «любовью» ближних убивать.

Я видела как матери бесстрастно,
В утробе убивают чад своих,
Как кровь вскипает, в ярости напрасной,
Брат братьев бьет, будто врагов лихих.

Я видела, как гибнут миллионы,
Когда убийством дышит каждый день.
Рыдала я, из сердца рвались стоны…
Так ваши руки превратили меня в тень.

Глаза у Смерти тускло заблестели.
- После того, сменила я наряд, -
Одела черное, на нем чтоб не краснели,
Следы от крови, отводимых в Ад.

На голову я капюшон одела,
И скрыл он навсегда мои глаза,
Душа от вида крови очерствела,
Вместо цветов, в руках теперь коса…

Вы, люди, превратили меня в монстра,
К делам добра и совести глухи.
Не видите вы своего тлетворства,
Свалили на меня свои грехи.

Я вас встречаю лишь и провожаю,
Туда, где заслужили место вы!
Людей я никогда не убиваю!
Избавьте вы, от сей меня молвы!

* * *


Смерть подошла, из рук рванула косу.
- Отдай, дурак, орудие мое!
К дверному поплелась откосу…
Влачилось по полу обвисшее тряпье…

- Можно вопрос? - вдруг выдавил Василий.
Ответ: - Решил за косу все ж спросить?
- Да, я о ней, - сказал он, приложив усилий…

- Ты й впрямь дурак! А чем же мне косить?

* * *

Дорога в Рай давно уж заросла травою…

+М.А.(июнь-июль 2017)

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments